Все пианисты. История фортепиано - Ларочча Алисия де
Алисия де ЛАРОЧЧА

ЛАРОЧЧА Алисия де (р. 23. V 1923)

...Это произошло в Лондоне в середине 70-х годов. На афишах концертов Маурицио Поллини появилась наклейка, извещавшая, что заболевшего итальянского артиста заменит пианистка Алисия де Ларочча. Публика, убежденная, что речь идет об очередной "скороспелой" лауреатке, бросилась сдавать билеты. Зал оказался полупустым. "Но тех, кто остался,- свидетельствует музыковед Б. Морриссон,- угостили демонстрацией такого блестящего профессионализма и владения инструментом, с которыми мало кто мог бы соперничать - будь то Поллини или кто угодно другой. Неукротимая жизненность, красочность и блеск игры де Лароччи доказали то, что некоторые уже давно предполагали - она является ныне самой очаровательной и обладающей самыми широкими возможностями женщиной-пианисткой в мире".

Да, артистическая биография де Лароччи сложилась так, что к пятидесяти годам ее искусство по достоинству оценили лишь на родине - в Испании, и за океаном; в Европе же она оставалась практически неизвестной широким кругам посетителей концертов, любителей грампластинок. Впрочем, так бывает нередко: в одной стране искусство артиста сразу приходится по вкусу публике, в другой ему приходится приложить немало усилий, чтобы завоевать доверие - и не всегда это удается. Тем более, если за спиной нет звучных лауреатских званий - а Ларочча никогда и не гналась за ними, в отличие от большинства своих коллег даже не помышляла об участии в конкурсах.

И при всем том де Ларочча недавно отметила... 50-летие своей артистической деятельности. Дебютировала она в родной Барселоне в 5-летнем возрасте. "Правда, это не был дебют в полном смысле слова,- говорит артистка.- Я играла для очень узкой аудитории, которую составляли друзья моего учителя Френка Маршалла (друга и ученика Э. Гранадоса), в том числе композитор Хоакин Турина". Опытный педагог, Маршалл не собирался, впрочем, делать из нее вундеркинда, а просто решил устроить ей нечто вроде экзамена, который она, заметим, с честью выдержала. И хотя в следующем году Ларочча дала уже настоящий публичный концерт, а еще три года спустя играла с Мадридским симфоническим оркестром, учеба шла своим чередом. Девушку воспитывали на классической литературе - Бахе, Моцарте, романтиках (особенно Шумане) и лишь постепенно открывали ей мир родной испанской музыки; Маршалл считал, что для ее освоения необходим солидный технический базис. Ученица делала быстрые успехи, относясь к музыке с недетской серьезностью. Однажды педагог взял ее с собой в студию, где знаменитая испанская певица Кончита Супервиа записывала очередную пластинку. После того, как запись была закончена, Супервиа шутя обратилась к девочке: "Теперь твоя очередь". Алисия села за рояль и превосходно сыграла Вальс и Ноктюрн Шопена... Тогда было трудно предположить, что сделанная запись будет первой из многих.

Карьера молодой артистки развивалась медленно. Закончив учебу, она стала ассистенткой своего педагога, изредка выступала в концертах. В начале 50-х годов дирижер Альфред Валленштейн заметил ее и пригласил на несколько выступлений с Лос-Анджелесским симфоническим оркестром. Спустя некоторое время ей удалось получить концерт в нью-йоркском "Туан-холле". Она играла "Карнавал" Шумана, Сонату (соч. 110) Бетховена, испанскую музыку. Дебют оказался удачным, авторитетный журнал "Мюзикал куриер" назвал его "одним из самых приятных сюрпризов" сезона, но импресарио оставались глухи к ней. Пианистка вернулась на родину и продолжала пребывать в безвестности, лишь изредка появляясь на эстрадах Испании, и еще реже - в других европейских странах.

Поворотным моментом в карьере де Лароччи стал 1965 год, когда ей удалось вторично дебютировать в Нью-Йорке. То ли обстоятельства сложились удачнее, то ли ее мастерство к этому времени созрело, но на сей раз успех был полным: контракты посыпались со всех сторон. Она стала знаменитой в США, ее признали в Испании, но потребовалось еще полтора десятилетия, чтобы ее искусство по достоинству оценили повсюду. За эти полтора десятилетия артистка гастролировала в Австралии и Новой Зеландии, Японии и Гонконге, многих странах Африки и Латинской Америки, выступала в крупнейших залах Европы. Помимо сольных концертов, она зарекомендовала себя и как отличная ансамблистка: в 50-е годы выступала совместно с виолончелистом Г. Кассадо, а впоследствии регулярно сотрудничала со своей знаменитой соотечественницей певицей В. де лос Анхелес и с квартетом "Гварнери". Она удостоена десятков международных отличий и почетных званий. В 1978 году журнал "Мюзикал Америка" избрал ее "музыкантом года" в США.

Сегодня многие критики разных стран сходятся в том, что Алисии де Ларочче по праву приндлежит почетное место в элите мирового пианистического искусства. "Де Ларочча - величайшая среди испанских пианистов и одна из лучших среди мировых пианистов вообще!",- пишет солидный лондонский критик Джон Дуарте. С ним полностью согласен обозреватель американского журнала "Ньюсуик" Чарлз Митчнер: "Несмотря на крохотную фигуру и маленькие руки, которые едва охватывают по девять клавиш, это гигант фортепианного искусства, обладающий непогрешимой ритмичностью, напевной естественностью звука и тонким ощущением градаций, которое позволяет ее фортиссимо звучать гораздо сильнее, чем оно есть на самом деле".

Пожалуй, самым примечательным и своеобразным в искусстве де Лароччи можно назвать ярко выраженную национальную характерность - начало, проявляющееся в неповторимом своеобразии фразировки, чувстве ритма. "Пианистка обладает исключительной техникой, ее стиль отличается элегантностью ритма и своеобразием приемов, заимствованных от фольклорных традиций ее родины: стаккато, словно воспроизводящее звуки кастаньет, арпеджии, имитирующие гитару; мелодии, которые извлекают ее непогрешимые пальцы, напоминают фламенко". Все это делает де Лароччу словно бы созданной для интерпретации испанской музыки, и действительно, в этой области ей сейчас нет равных. Она, кажется, единственная из пианистов наших дней, может позволить себе давать, клавирабенды (в. том числе монографические) целиком из произведений испанских авторов - Гранадоса, Альбениса, де Фальи. И можно утверждать, что закрепление их музыки в концертном репертуаре - не как отдельных "бисовых" пьес, а как важной области пианистического наследия- во многом связано именно с ней. Дважды она записала на пластинки целиком грандиозные циклы "Гойески" Гранадоса и "Иберия" Алъбениса, в ее интерпретации зафиксированы все фортепианные сочинения названных авторов, а также де Фальи, X. Турины, она возродила многие пьесы композиторов далекого прошлого-Маттео Альбениса и Антонио Солера.

И все же ни в коем случае нельзя утверждать, что слава пианистки зиждется только на испанской музыке; она сама категорически возражает, когда ее пытаются зачислить в "узкие специалисты", и возражает справедливо. Диапазон творческих интересов и возможностей де Лароччи очень широк и простирается "от Баха и Скарлатти до Прокофьева и Хачатуряна", как она сама определяет. Высокую оценку критики получили пластинки с ее записями произведений Баха, нескольких концертов и сонат Моцарта, сочинений Шумана, обоих концертов Равеля, Фантазии Форэ. В них неизменно проявляются лучшие достоинства игры де Лароччи: певучий звук и говорящая фраза", свобода и естественность музицирования, стилистическое чутье. "Для меня не только каждая эпоха, но и каждый композитор обладает своим собственным специфическим звуком",- говорит она. При этом испанская пианистка прекрасно сознает, что ее виртуозные (в высоком смысле этого слова, а отнюдь не в плане чистой техники) возможности не безграничны, и не стремится конкурировать с "колоссами эстрады". Но это не мешает ей исполнять такие масштабные произведения, как Третий концерт Рахманинова, Соната си минор Листа, Четвертый концерт Бетховена, Концерт Хачатуряна, Симфонические вариации Франка - исполнять по-своему, не ошеломляя слушателей мощью и блеском, но покоряя законченностью и убедительностью концепции.

Концертная деятельность Алисии де Лароччи сегодня интенсивнее, чем когда-либо. К концу 70-х годов перед ней наконец, раскрылись двери лучших концертных залов Европы, а ее пластинки - буквально нарасхват. Это не оставляет ей времени для педагогической работы: хотя она и числится директором Музыкальной академии в Барселоне, но, по ее собственному признанию, появляется там нечасто. Однако артистка, перейдя рубеж 60-летия, продолжала совершенствоваться, искать. "Я всегда недовольна собой,- говорит она.- Я всегда в поисках чего-то совершенного и никогда не могу достичь идеала".

Цит. по книге: Григорьев Л., Платек Я. "Современные пианисты". Москва, "Советский композитор", 1990 г.



При копировании материалов сайта активная ссылка на Все пианисты. История фортепиано. обязательна!